Земли тут серые и пустые. Деревни стоят полузаброшенные, окна заколочены досками, а те, кто остался, стараются лишний раз не выходить на улицу. Потому что сверху приходят Чужие. Никто толком не знает, откуда они берутся и чего хотят. Просто спускаются, просто убивают. Фания рубит их мечом, не особо раздумывая, и рядом с ней таскается парень, который не помнит даже, как его звать. Она называет его Наставник, хотя учить он её ничему не может.

А потом выясняется штука похуже. За нашествием стоит не хаос, а чей-то умысел. Кто-то очень хочет заполучить Слюд, вторую воительницу. Не убить. Забрать себе. Сломать и использовать. И Фания с Наставником в какой-то момент понимают: бегать бессмысленно. Надо идти против тех, кто всё это устроил, даже если они сами не понимают, во что ввязываются. Меч против того, что прячется за Чужими, это как палка против бури.

Но если Чужие всего лишь расходный материал, а Слюд нужна не как солдат, то кто дёргает за нитки и почему Наставник так упорно пытается вспомнить лицо, которое точно видел раньше?