Чёрный призыватель

Он открывает глаза в комнате, где пахнет пылью и старой бумагой. Голова пустая, как чистый лист: ни имени, ни лица матери, ни вкуса любимой еды. Зато в пальцах гудит чужая сила, и рядом тут же оказывается златовласая Эфил с улыбкой, от которой хочется задать лишний вопрос. Она объясняет: ты призыватель, умеешь вытаскивать тварей из ниоткуда. Кельвин пожимает плечами и идет работать. Монстры, наемники, спасенные деревни. Все как у людей.

А потом призывы начинают выходить боком. Звери приходят не те, что заказывал. Слишком сильные. Слишком злые. Словно тянутся не из местного леса, а из места, которого тут вообще быть не должно. Эфил в такие моменты замолкает и отводит взгляд. Друзья появляются быстро, но некоторые потом исчезают без прощания, и Кельвин ловит себя на мысли, что не помнит, как их звали.

Вся заваруха не в том, чтобы набить морду очередному боссу. Она в том, чтобы собрать себя по кусочкам из чужих слов и обрывков снов. Каждый бой что-то стирает, каждый союзник что-то знает, но молчит. И чем ближе разгадка, тем меньше хочется ее трогать. А что, если вспомнить себя значит потерять всех, кто сейчас рядом?