Рыцари Зодиака: Утерянный холст — Владыка Преисподней

Италия восемнадцатого века. Каменистые дороги, пыль, маленькая деревня, где трое ребят без родителей росли как могли. Тэмма, Алон и Саша. Гоняли по улицам, дрались из-за ерунды, делили всё, что удавалось стащить с чужих огородов. Саша рисовала. Больше всего она любила рисовать небо, хотя получалось у неё это, честно говоря, так себе. Но Алон всегда говорил, что это лучшие картинки на свете. А потом Сашу увезли. Забрали в богатый дом, и в деревне стало пусто. Тэмма ушёл следом, чтобы стать рыцарем. Алону пообещал вернуться. Пообещал и ушёл.

Вернулся. Только вернулся уже не к тому человеку. Саша оказалась воплощением Афины. Алон, который в детстве плакал над сломанным цветком, стал сосудом Аида. Владыки Преисподней. Вот такая ирония: самый добрый из троих носит в себе самое тёмное, что вообще существует. Тэмма надевает доспех Пегаса. Его кулак теперь заряжен космосом, а бить придётся по лицу друга. Саша разрывается между двумя ролями. Богиня войны и девочка, которая помнит, как они втроём спали под одним одеялом.

Золотые рыцари со своими принципами, армия мертвецов, храмы, которые рушатся от одного удара. Всё это фон. Главное происходит внутри Алона: он ещё здесь, ещё борется, но с каждым днём его становится меньше. Тэмма это чувствует. И каждый удар, который он наносит, забирает что-то и у него самого. Он идёт не спасать мир. Он идёт вытащить одного конкретного парня из бездны, куда того загнали. Вопрос только в том, кого он там найдёт, если вообще найдёт: друга или уже пустой холст, на котором Аид рисует своё?