Сломанный меч 3: Коварный удар — Смертельная рана

Крузон задыхается от пыли и гари. Големы, эти громадины на кварцевом приводе, топчут виноградники, а крестьяне смотрят в небо и ждут, когда чужая армия дойдёт до их деревень. Магия здесь обычное дело, как умение читать. Только у Райгарта её нет. Он копает землю, чинит заборы, смотрит на друзей детства, которые давно носят мундиры и отдают приказы. А потом его руки касаются старого голема, и металлическая махина оживает. Никто не понимает почему. Сам Райгарт меньше всех.

Дальше становится тошно. Его не просят, его используют. Король Ходзиро хлопает по плечу и говорит о долге. Сигурэ, которая когда-то смеялась над его неуклюжестью, теперь смотрит как на деталь в механизме. Райгарт воюет не за флаг и не за идею. Он просто оказался единственным, кто может управлять машиной, которую не слушается больше никто. Каждый бой оставляет трещины на броне, и с каждым разом всё труднее понять, где заканчивается голем и начинается он сам.

Политики тем временем играют в свои игры. Союзники шепчутся за спиной, вражеский генерал Боркус, старик на протезе, единственный, кто видит в мальчишке не оружие, а живого человека. В третьем фильме Райгарту придётся столкнуться с тем, кто знает его привычки, его страх, его слабые места лучше всех остальных. Клинок ломается не от силы удара. Так отчего же он треснул?