Двор, где прошло детство, выглядит точно так же. Только качели скрипят по-другому, и Кадзуки уже не та, что раньше. Она ждала возвращения соседей много лет, держала в голове образ мальчишки, который когда-то носился тут вместе с ней. Признаться ему она так и не успела. И вот машина у дома, шаги на дорожке, встреча. Только вместо героя из грёз на пороге стоит парень, который с ходу пялится куда не надо и несёт всякую чушь. Идеальный образ треснул в первую же минуту, и склеить его уже не выйдет.

А потом выясняется, что родители с обеих сторон сорвались в Южную Америку по работе. Надолго. Кадзуки и Юдзи остаются вдвоём в двух соседних домах, которые теперь воспринимаются как один общий бардак. Никакого личного пространства, никаких отговорок. Сверху наваливается школа, куда они оба ходят, и сестры: её старшая и его младшая. Эти двое не разнимают, а только подкидывают дров. Сплошная бытовуха, скандалы из-за ерунды и неловкое молчание.

Под всей этой суетой всё ещё теплится то старое чувство. Или уже нет? Может, это просто привычка, привязанность к соседу, которого знаешь с пелёнок. Кадзуки злится на себя, на него, на весь этот цирк. Юдзи вообще не в курсе, что кто-то ждал его десять лет. Сказать правду страшно, промолчать ещё страшнее. Что победит, когда молчать больше не получится: память о мальчике или этот невозможный тип рядом?