Аниме в жанре «Драма» — страница 50

Свалка не прощает слабости. Горы ржавого железа, вечная грязь под ногами, и среди этого Дайскэ Идо копается в обломках, выискивая детали для протезов. Он чинит людям руки и ноги, штопает тела, которые местные готовы продать за банку консервов. Однажды под слоем мусора он натыкается на торс киборга. Женский. Ещё дышит. Идо тащит находку домой, вкладывает в неё всё, что имеет: запчасти, время, надежду. А потом девчонка открывает глаза. Пустые. Ни имени, ни памяти, ни прошлого. Идо называет её Гали…

Осень в колледже выдалась сырой и какой-то неправильной. Коридоры опустели, занятий почти нет, а те, кто ещё держится на ногах, стараются не оставаться в одиночестве. После нападений магия у учеников пропала: кто-то лишился дара на день, кто-то навсегда. Стены, что раньше казались надёжной защитой, теперь давят. Тисэ ходит по этим залам и чувствует одно: вот-вот рванёт. Рванёт из-за Филомелы. Тихая девчонка с затравленным взглядом заперта здесь не заклинанием, а собственным страхом. Её бабушка Л…

В школьном оркестре пахнет деревом и латунью, а после уроков коридоры пустеют так, что слышно, как гудит воздух в инструментах. Мизорэ сидит с гобоем, смотрит в окно, ждёт Нозоми. Та влетает с флейтой, смеётся, и кажется, что эти две не расстанутся никогда. Но клуб репетирует пьесу по старой сказке. В ней флейта и гобой не подруги, а те, кому положено разойтись: одна улетает, вторая остаётся. Мизорэ репетирует и слышит в чужой истории свой собственный страх. Выпускной концерт близко, а её партия…

Токио давно перестал быть городом. Двадцать лет назад здесь рвануло, и теперь это просто бетонная коробка, набитая радиацией. Пустые кварталы, ржавые машины, тишина такая, что звенит в ушах. Именно сюда забрасывают трёх девочек в школьной форме. Никаких защитных костюмов, никаких масок. Отряд «Коппелион»: их тела с самого рождения переделали так, что радиация им до лампочки. Задача звучит буднично: поймать сигнал, разобраться, уйти. Но сигнал идёт не от автоматического передатчика. В мёртвом гор…

Курэ пахнет солью и мазутом. Узкие улочки сползают к гавани, над крышами то и дело проплывают громадины военных кораблей, и кажется, что город живёт по чужому расписанию. Сюда, к мужу, которого она толком не знает, перебирается Сузу. Свекровь недовольна, хозяйство сыпется из рук, а сама Сузу то и дело достаёт карандаш и рисует всё подряд: чашки, соседских детей, силуэты судов на горизонте. Рисование для неё не хобби, а способ держаться на плаву. Потом начинается война, и привычный уклад трещит.…

Ночная Сибуя. Рекламные экраны заливают асфальт синим и розовым, толпа течёт мимо, а Махиру идёт одна, без наушников, без компании, просто смотрит по сторонам. Она бросила рисовать после того, как одноклассники прошлись по её работам. Теперь гуляет по ночным улицам и ждёт, когда внутри что-то щёлкнет. Щёлкает не сразу. Сначала появляется Кано, бывшая айдолка, которую интернет сожрал и выплюнул. Она тоже разбита, только по-другому: улыбается на публику и ненавидит эту улыбку. Девчонки знакомятся,…

Городок заносит снегом уже в ноябре. Улочки узкие, фонари горят тускло, и кажется, что здесь вообще ничего не меняется годами. Юити приезжает сюда после долгого перерыва и селится у тётушки. Рядом крутится двоюродная сестра Наюки: будильник, завтрак, дорога в школу. Обычная жизнь. Только вот незадача: стоит ему кого-то встретить, как внутри что-то дёргается. Будто видел этого человека раньше. Будто что-то важное стёрли из памяти, а краешки остались. Дальше странности копятся. У одной знакомой пр…

Деревня встречает Тамахико тишиной и запахом старого дерева. Дом, куда его сослали, стоит на отшибе, окна выходят на глухой сад. Рука, раздробленная в аварии, висит плетью, и парень уверен: здесь он просто дождется конца. Никаких планов, никакой борьбы. Он даже не выходит за калитку. А потом в дверях появляется девчонка с узелком. Юдзуки. Отец прислал ее как невесту, только вот слово это звучит слишком красиво для того, что произошло на самом деле: ее попросту отдали в чужой дом за деньги. Двена…