Аниме в жанре «Взрослые персонажи» — страница 27

Токийский университет, аудитории и тесные квартирки, где трое пар так и норовят столкнуться лбами. Мисаки, студент-экономист с взрывным характером, делит быт с Акихико, известным писателем. Тот вроде взрослый мужик, а в обычной жизни сущий ребёнок: то забудет поесть, то ляпнет что-то не то. Рядом крутятся ещё двое. Профессор Мияги однажды уже развёлся и теперь шарахается от всего, что похоже на серьёзные чувства. А Такацуки, сын декана, молодой и упрямый, не собирается отступать. Третья пара, до…

Тропический остров Палау, солнце жарит так, что асфальт плавится, а солёная вода не спасает. Клуб Peek-a-Boo высадился здесь всей толпой: Иори, Кохэй, Тииса, Айна и остальные. Ныряют среди кораллов, орут, пьют дешёвое пиво до рассвета. Вроде отпуск мечты, только компания подобралась такая, что любой рай превратится в цирк с конями. А потом поездка сворачивает не туда. Ночные выходки перестают быть просто пьяным дурдомом. Всплывают старые тёрки, кто-то слишком настойчиво лезет с расспросами, кто-…

Пыльные равнины между Крисной и Афинией. Там, где ещё вчера стояли деревни, сейчас торчат обугленные остовы голиафов, а воздух пахнет гарью и машинным маслом. Обе страны выдыхаются в этой мясорубке, и Зесса это видит лучше многих. Он командир, он же усталый человек, который понимает: пока они грызут друг другу глотки, с востока подтягивается кто-то покрупнее. Договориться с Хозулом? Легко сказать. Они ведь когда-то делили хлеб, а теперь делят границу, и на той границе стреляют без предупреждения…

Бар стоит в подвале, куда почти не доносится городской шум. Свет приглушённый, лёд постукивает о стекло, за стойкой всего один человек. Рю Сасакура молчит, пока гость вертит в руках салфетку и не решается сказать, зачем пришёл. За глаза его зовут Божественным. Он умеет выбрать напиток по тому, как человек снимает пальто, куда смотрит, о чём молчит. Хотя сам считает: бармен ближе к врачу, чем к иллюзионисту. Перельёшь на пару капель, и лекарство станет отравой. Посетители тут не шумные компании.…

В старом доме семьи Наги пахнет пылью, нагретым деревом и чем-то ещё, неуловимым. Тут обитают цукумогами: духи, вселившиеся в вещи, которым стукнуло много лет. Фонарь в углу ворчит по утрам, меч в ножнах не любит, когда её трогают, зонт сам решает, когда выходить под дождь. Для Хёмы Кунато это не милые соседи, а враги. Один такой забрал у него нечто дорогое, и парень до сих пор не может простить весь их род. Дед, глядя на его сжатые кулаки, поступает просто и жёстко: селит внука в этот дом. Не н…

В редакции пахнет бумагой и старым клеем. Тринадцать лет тут корпят над словарём, а прибыли ноль. В издательстве этот отдел прозвали прожорливым: каждая карточка со словом требует часов, а то и дней. Продажника Мицую переводят сюда, и он с головой уходит в определения. С людьми у него беда: говорит так, будто зачитывает инструкцию. Зато слова чувствует кожей. Араки, седой редактор, уже собирается на пенсию и ищет того, кто подхватит дело. Вот только собрать том мало. Нужно выбить деньги у началь…

Сибуя после заката. Неон, толпы, запах жареного из ларьков. И трупы, разложенные с театральной аккуратностью, будто режиссёр отмечал мизансцены. Каждое убийство смотрит прямо на Рона Камонохаси, хотя тот предпочёл бы не смотреть вообще ни на что. А всё началось с бумаг. Копнули прошлое академии BLUE и наткнулись: пять лет назад за ней стоял «Дом М». Тот же синдикат, что, по всем признакам, подарил Рону его проклятие. Люди рядом с ним умирают, и остановить это он давно не пытается. Смирился. Или…

Крузон задыхается от пыли и гари. Големы, эти громадины на кварцевом приводе, топчут виноградники, а крестьяне смотрят в небо и ждут, когда чужая армия дойдёт до их деревень. Магия здесь обычное дело, как умение читать. Только у Райгарта её нет. Он копает землю, чинит заборы, смотрит на друзей детства, которые давно носят мундиры и отдают приказы. А потом его руки касаются старого голема, и металлическая махина оживает. Никто не понимает почему. Сам Райгарт меньше всех. Дальше становится тошно.…