Аниме в жанре «Антропоморфизм» — страница 12

В тиби-версии кровеносные сосуды выглядят как детская железная дорога, а тромбоциты и вовсе напоминают младенцев, которых так и хочется потрепать по макушке. Головы у персонажей раздулись до неприличия, ручки стали короткими, и вся эта компания носится по организму с видом школьников на перемене. Смотришь и не сразу понимаешь, что тебе вообще-то объясняют, как устроено тело. Потом ломается стена. Буквально: герои разворачиваются к камере и начинают разговаривать с тобой, будто ты сидишь в студии…

Аудитория в зале копится, свет уже выставлен, до выхода на сцену минут десять. За кулисами Мики в сотый раз поправляет костюмы и мысленно проклинает тот день, когда согласилась на эту подработку. Ещё утром она сидела в художественной школе и рисовала одну и ту же гипсовую голову, пока рука не затекала. А теперь у неё под опекой мужская идол-группа. Только вот беда: в группе ни одного живого человека. Георгий Победоносец, Гермес, Марс и Медичи. Гипс. Они не поют, не танцуют, даже рта раскрыть не…

Храм Дали встретил Ши Чэня скрипом половиц и запахом старой бумаги. Парень пришёл сюда за братом, а угодил в контору, где служат чиновники с кошачьими ушами и хвостами. Один неловкий шаг, и вот он уже таскает бумаги для Бин Ли. Тот выглядит как белый кот, но разговаривает так, что у подчинённых поджилки трясутся. Никаких тебе поглаживаний за ушком. Допросы, указы, печати. Потом выясняется, что за стенами храма творится всякое. Нечисть лезет из щелей, а древние договоры между мирами трещат по шва…

Шубертланд не прощает слабости. Особенно если ты единственный человек среди говорящих зверей. Белль Лаблак залечивает шрамы после схватки с Адонисом Квесшеном. Тот, кому она верила, теперь враг. Казалось бы, самое время затаиться, но она снова рвётся в дорогу. Ищет свои корни. Одна, без него. Потом возвращаются старые товарищи по Катакомбам. Думаешь, будет передышка? Гиннесс, один из них, вдруг поднимает голос. Спрашивает прямо: с какой стати добро обязано бесконечно умирать в войне со злом? Он…

Весенний ветер треплет страницы на столе, за окном мокнет провинциальный городок Ивайт. Кэндзи сидит над каталогом семян, хотя пальцы сами тянутся к блокноту. Днём он учит крестьян, как удобрять тощую землю, терпеливо объясняет то, что им кажется блажью. Ночью слушает, как в темноте переговариваются звёзды и кто-то невидимый шагает по небу. А потом всё ломается. Уходит сестра, с которой они делили одну мечту на двоих. Отец хмурится, не понимая, зачем взрослому мужику выдумывать говорящих лис. Из…

Греция опять в минусе, и это уже не смешно. Остальные нации собираются на совет, чешут затылки, предлагают то заводы, то паровые машины. Идея сходится в одно: пока Европа спорит, Америка молча строит, патентует, богатеет. Пока все моргают, она уже впереди, и догонять её никто не собирается. Англия смотрит на это и тихо паникует. Была империей, а теперь стоит в очереди за чужими идеями. Клянчит у соседей хоть что-нибудь, чтобы вернуть вес. Тем временем Чехословакия разваливается пополам: Чехия и…

За стойкой орудует кот. Не метафора, буквально: управляющий Бундзо, повар Сабу, официантка Хана, ещё Сасаки и Кришна. Пять хвостатых, которые варят бульон, режут свинину и разносят тарелки так ловко, что очередь не заканчивается. Посетители уходят сытыми и довольными. А потом в эту кошачью вотчину входит Тамако. Тихая, сжатая, как пружина. Пришла устраиваться. Бундзо даже резюме толком не листает и берёт её сразу, стоило ей брякнуть, что собак она любит сильнее кошек. Логики ноль. Но именно это…

Лондон конца XIX века, дым из труб, конки по булыжникам, джентльмены в клубе режутся в карты и спорят о всякой ерунде. Лев по имени Вилли Фог, существо с манерами и ледяным спокойствием, вдруг заявляет: земной шар можно обогнуть за восемьдесят дней. Ставки сделаны, и вот он уже тащит в дорогу своего слугу, толком не объяснив, куда и зачем. А дальше начинается суматоха. Поезда уходят из-под носа, пароходы дымят в тумане, где-то по пути теряются деньги и документы. Компанию разбавляют случайные лю…