Аниме в жанре «Исторический» — страница 71

Иньчжоу выжигает всё живое. Континент, где воздух пропитан чужой злобой, а дети учатся убивать раньше, чем читать. Ло Ли вырос именно тут, в Зале Тяньцзюэ, среди клинков и трупов. Он стал первым. Не потому что хотел, а потому что иначе не выжить. Каждый день как последний. Каждый вздох через боль. А потом отец, мастер Сиюнь, сделал странное. Он не стал спасать себя. Отдал жизнь, чтобы сын ушёл. Просто взял и вытолкнул Ло Ли за границу Иньчжоу, в Чжунтянь, главный мир. Туда, где, говорят, можно н…

Пыль столбом, кровь на песке, крики затихают только к закату. Древний мир трещит по швам от разборок между святыми, каждый тянет одеяло на себя. И в этой мясорубке появляется парень, которого все зовут Спящим Богом. С виду обычный, даже вялый. Никто не ставит на него и ломаной монеты. А зря. Потому что внутри у него просыпается такая сила, что небесам становится неуютно. Мечом он сносит звезды, кулаком вбивает в землю тех, кто вчера называл себя непобедимым. Тысячи гениев, гордых и блестящих, ок…

Деревня на севере Японии, эпоха Эдо. Дым, кровь на татами, два тела. Дзиро возвращается домой и понимает, что теперь он чужой среди своих. Его объявляют убийцей, и бежать приходится в одиночку, без гроша и без имени. На дороге его подбирает священник Тэнкай. Сначала кажется, что старик просто добряк, но нет: он вкладывает парню в руку нож и отправляет убивать. Первая жертва, ниндзя Тародза. Дзиро даже не догадывается, кого именно он только что зарезал. Годы учёбы превращают мальчишку в оружие. И…

Провинция Муцу, тихие дворы, рисовые поля до горизонта. Здесь растёт Датэ Масамунэ, и пока его жизнь больше похожа на череду тренировок и нравоучений, чем на путь полководца. Мальчишка машет мечом во дворе, слушает старших, впитывает правила клана. Скучно? Как посмотреть. За этой размеренностью прячется то, о чём ему самому ещё не рассказали. А потом выясняется: в парне просыпается сила. Не книжная, не из наставлений, а вполне себе живая и очень неуправляемая. Взрослые воины рядом нервно косятся…

Поздняя ночь в Киото. Улицы пахнут дымом и кровью, а над крышами висит гул паровых машин. Сёгунская стража тащит кого-то в подвал, и никто не оборачивается. В таверне напротив Итимацу наливает саке и улыбается посетителям, будто ему плевать. Днём он свой среди пьяниц и торговцев, вечера проводит там, где женщины продают себя за рис, а вот после полуночи достаёт револьвер и идёт туда, куда его зовут. Собралась компания самураев, которым надоело терпеть. Мечи у них никуда не делись, но теперь к кл…

Лес в Кинокуни сырой и вязкий, как старая рана. Там, где кончаются дороги, сидят люди с ружьями и вороньим стягом над головой. Отряд зовется Сайкасю, и командует им Магоити. Человек без прошлого, зато с именем, которое ему не принадлежало. Местные его терпят. Стреляет метко, лишнего не болтает. А в столице Ода Нобунага не спит ночами. С моря тянет порохом, чужие корабли бороздят берега, и договоры рвутся быстрее, чем успевают их подписывать. Он мечется между советниками, которые уже продались, и…

На пыльной границе, где дома лепятся к скалам, а новости приходят на месяц позже, мальчишка растёт в тишине. Кормилица не рассказывает ему сказок о троне, просто учит выживать. А в восемь лет отводит на гору Чуйюнь и оставляет там. Десять зим в облаках, мозоли на ладонях, молот предков в углу. И вот он спускается вниз, уверенный, что готов перевернуть небо. Только небо переворачивать не спешит. На четырёх континентах полно тех, кто культивирует столетиями, а парню выдают справку: ниже последнего…

Континент Тяньву живёт по простому закону: кто слабее, тот и виноват. В клане Фэн это чувствуешь кожей. Молодого хозяина зовут Фэн Хао Фэн, и природа дала ему редкое, почти небывалое телосложение. Но старейшины посмотрели, покачали головами и вынесли вердикт: пустое место. Дальний край стола, презрительные ухмылки, тычки от тех, кто постарше. Так он и рос бы в тени, если бы одна встреча не сломала привычный порядок. А потом начинается то, чего в Тяньву не видели. Парень буквально набивает своё т…