Восемьдесят шесть

За республиканскими восемьюдесятью пятью округами лежит мёртвая зона. Там нет ни патрулей, ни фонарей по ночам, только выжженная земля и позиции, которые официально не существуют. Восемьдесят шестой округ. Люди без гражданства, без имён, с номерами вместо фамилий. Они поднимают в воздух боевые дроны, считают потери и хоронят товарищей, пока в столице пьют кофе и слушают сводки о безупречных победах без единого погибшего.

А потом на передовую приезжает майор. Молодая, из «чистых», с правом отдавать приказы. Вот только она не хочет быть голосом из штаба. Она требует позывные, слушает их голоса в наушниках, запоминает, кто как дышит после боя. И эта связь ломает всё: и её представление о долге, и их привычку ненавидеть всех, кто остался в тылу.

Ночами они говорят о еде, о книгах, о том, что будет после. А утром снова садятся в кокпиты. Дружба тут измеряется не словами, а тем, кто вернулся и кто нет. Каждый знает: дома его никто не ждёт. Так что же держит их в строю, когда приказ давно отдан, а смысла оставаться почти не осталось?