Аниме в жанре «Исторический» — страница 37

Италия восемнадцатого века. Каменистые дороги, пыль, маленькая деревня, где трое ребят без родителей росли как могли. Тэмма, Алон и Саша. Гоняли по улицам, дрались из-за ерунды, делили всё, что удавалось стащить с чужих огородов. Саша рисовала. Больше всего она любила рисовать небо, хотя получалось у неё это, честно говоря, так себе. Но Алон всегда говорил, что это лучшие картинки на свете. А потом Сашу увезли. Забрали в богатый дом, и в деревне стало пусто. Тэмма ушёл следом, чтобы стать рыцаре…

Токио конца восьмидесятых. Офисный планктон Такэси Кубо тянет лямку в скучном отделе, а по вечерам смотрит телевизор. Ни друзей, ни увлечений, одна серая рутина. Всё меняет случайная встреча со школьным приятелем, который затаскивает его в квартиру, заваленную кассетами, моделями роботов и журналами. Там спорят до хрипоты, пересматривают записи по десятому разу, спорят о мелочах. Кубо втягивается незаметно: сначала заходит в гости, потом остаётся ночевать. А дальше фильм ломает привычную историю…

Храм Дали встретил Ши Чэня скрипом половиц и запахом старой бумаги. Парень пришёл сюда за братом, а угодил в контору, где служат чиновники с кошачьими ушами и хвостами. Один неловкий шаг, и вот он уже таскает бумаги для Бин Ли. Тот выглядит как белый кот, но разговаривает так, что у подчинённых поджилки трясутся. Никаких тебе поглаживаний за ушком. Допросы, указы, печати. Потом выясняется, что за стенами храма творится всякое. Нечисть лезет из щелей, а древние договоры между мирами трещат по шва…

Город Нин живёт своей жизнью: рынки шумят, стража несёт службу, а где-то в переулках мальчишки машут деревянными мечами. Мэн Чуань Мэн вырос среди этого гомона, но детство у него отняли рано. Мать убили у него на глазах. С тех пор каждый его день начинался с тренировки и заканчивался изнеможением. Потом посыпалось всё сразу. Семья невесты отказалась от слова, чужие войска подошли к границам, а святилище, на которое город надеялся, перешло к врагу. Мэн взял меч и пообещал жителям Нин, что станет…

Гора Консан не место для прогулок. Там туман жрёт свет, а из трещин в камнях сочится что-то старое и злое. Именно туда отправляют Чжан Сяофаня после того, как на турнире Семи Пиков он неожиданно обставил всех. Парень всего пять лет в секте Циньюнь, но меч держит так, будто родился с ним. С ним увязывается Лу Сюэци, старшая ученица с острым языком и привычкой лезть первой в драку. Дорога ломается быстро. Вместо охоты на нечисть они вытаскивают из беды Бияо, девицу из культа, который в приличных с…

Две деревни ниндзя, Ига и Кога, уже десять лет живут без крови. После той резни, что решила судьбу наследника сёгуна, кланы затаились: тренируются, растят детей, делают вид, что старые счёты сгорели вместе с погибшими. По всей Японии порядок, сёгунат сидит ровно, и кажется, что худшее позади. А потом начинают пропадать люди. Не в бою, не на войне. Тихо, по одному, будто кто-то методично вычищает всё, что может встать на пути. Заказчики не показывают лиц, действуют чужими руками и явно готовят бо…

Римские термы это не только мытьё. Это шумное сборище, где каждый норовит потеснее усесться рядом, плеск воды, чужие локти под рёбрами. Люций Модест приходит сюда за идеями для построек, а получает головную боль. Вокруг галдят, пар забивает лёгкие, и ни одной свежей мысли. Он ныряет поглубже, лишь бы на миг остаться одному. А выныривает уже не там. Вместо знакомых колонн и мрамора вокруг плещется вода в маленьких ваннах, торчат краны, мигают кнопки. Он тычет в них пальцем, жмёт не то, обжигается…

Мир, в котором очутились Цинь Юй и Сяо Юй Хэй, встречает их чужой землёй и незнакомыми порядками. Никаких подсказок, никаких знакомых лиц. Только они вдвоём и полная растерянность. А дома, в родных краях, их уже похоронили: семья уверена, что парня нет в живых, и готовится мстить за его смерть. Вот такой раскол, две линии, которые пока никак не пересекутся. И тут появляется кот. Говорящий. Вручает книгу, где, по его словам, лежат ответы на любые вопросы. Звучит как бред, но книга действительно р…